Всеобщая справедливость и чем она плоха?
Идея всеобщей справедливости — от кармы до бытовой веры в воздаяние — и почему такая опора оборачивается против человека.
Что такое энантиодромия и чем она опасна?
Гераклитов закон превращения вещей в свою противоположность и почему напряжение между полюсами психэ опаснее, чем кажется.
Экзистенциальный ответ Иову
После академического и юнгианского ответов Иову — третий взгляд: вернуться к корню слова «экзистенция» и спросить о самом существовании.
Как выйти из ситуации страдания?
Почему невинное страдание ломает картину справедливого мира — и как из него выходят те, кому оно выпало.
Вера в справедливость мира
Гипотеза справедливого мира: фундаментальная потребность верить, что люди получают по заслугам, и её скрытая цена при встрече с невинным страданием.
Главные мысли Юнга об истории Иова
Юнг читает Иова как столкновение противоположностей: человек растёт, когда выдерживает парадокс Бога, не пытаясь его поспешно разрешить.
Ответ Иову Карла Густава Юнга
Начинаем разбор «Ответа Иову» Юнга — вершины его метафизики: предпосылки книги и предложенный автором анализ личности самого Яхве.
Невинные страдания как испытание и развитие личности
Чтобы выдержать незаслуженное страдание, человек встраивает его в целостный нарратив своей жизни как испытание. Проверяем, работает ли это для Иова.
Несовершенство человека или грехопадение как причина невинных страданий
Грехопадение как универсальное оправдание зла: разбираем, что эта древняя интерпретация на самом деле объясняет и откуда у неё месопотамские корни.
Страдания как часть непостижимого плана
Совместима ли логика с божественной непостижимостью и может ли «непостижимый план» вообще оправдать невинные страдания Иова?
79 - Чем плохи месопотамские интерпретации невинных страданий?
Почему шумерские и вавилонские теодицеи — неизвестный грех, бесчестие, изначальное зло в природе — не объясняют страданий Иова.
Как невинные страдания меняют Иова?
Страдания Иова через стадии Кюблер–Росс: почему последний шаг героя невозможен в одиночку и зачем книге понадобились новые персонажи.
Личность Иова в свете страданий
Точка, в которой даже стойкий Иов ломается: вторая глава книги, её отличия от шумерских поэм и неожиданное прочтение через дзен.
Кто есть Иов? О личности героя
Каким был Иов до испытаний и чем он отличался от героев шумерских поэм — портрет протагониста как ключ к будущей трагедии.
Иов: начало
Подступ к книге Иова: чем она велика, как её можно читать и чем принципиально отличается от месопотамских поэм о страдании.
Добр человек или бобр: Вавилонская теодицея
Вавилонская теодицея в форме диалога страдальца и мудреца: несовершенство человеческой природы как новое объяснение страдания.
Анализ вавилонской поэмы Ludlul bel nemeqi, часть 2
Сновидения героя Ludlul bel nemeqi как символы смерти и возрождения — взгляд аналитической психологии на исцеление страдальца.
Невинный страдалец в Вавилоне: поэма Ludlul bel nemeqi
Первая половина вавилонской Ludlul bel nemeqi: герой перечисляет один грех за другим, но не находит причины своих несчастий.
Шумерский аналог Иова: Человек и его бог
Самая древняя поэма о невинных страданиях: шумерский «Человек и его бог» и психологический смысл, не утративший актуальности.
Современный Иов и его страдания
Открытие сезона о невинном страдальце: как читать историю Иова сегодня и почему прежние объяснения страдания больше не работают.